Клуб исторических детективов Игоря коломийцева
МЕНЮ
Игорь Коломийцев. В когтях Грифона
Игорь Коломийцев. Славяне: выход из тени
Игорь Коломийцев. Народ-невидимка. Обновленная версия
Игорь Коломийцев. Народ-невидимка

Игорь Коломийцев.   В когтях Грифона

Глава пятьдесят первая. Чешуя неуязвимого чудовища

– Похоже, Шерлок, наше вынужденное путешествие на Восток, в сердце азиатского континента, подходит к концу. Нам осталось отыскать корни тех беглецов, что присвоив себе чужое имя, ввели в заблуждение кочевников Поволжья, Северного Кавказа и Причерноморья, облегчив себе их последующее покорение. Эти первые победы возвысили обманщиков. Благодаря им беглецы выжили и в дальнейшем сумели построить свою империю. Подумать только – блеск и величие Аварского каганата базировались на элементарной  путанице с этнонимами!

– Любопытная версия! В таком случае, Уотсон, объясните, как вы себе представляете сам процесс обмана многих народов. Пришли в Восточную Европу непонятного происхождения племена, заявили, что они великие и ужасные авары, после чего все здешние степняки сразу перед ним капитулировали?

– Возможно, я не точно выразился, и слово "обман" тут не совсем подходит. Конечно, псевдоавары изначально не планировали выдавать себя за других. Просто они воспользовались подарком судьбы. По всей видимости, самоназвание одного из беглых племён было "уар". Согласитесь, Холмс, оно очень созвучно прозвищу северокитайских степняков – авары. Вот аборигены и приняли их за иной, намного более могущественный народ, перед которым склонили свои головы. Разве не об этом поведал нам Симокатта?

– Давайте будем предельно точны, доктор. Дословно текст византийского историка звучит так: "Когда император Юстиниан занимал царский престол, некая часть племён уар и хунни бежала и поселилась в Европе. Назвав себя аварами, они дали своему вождю почётное имя кагана. Почему они решили изменить своё наименование, мы расскажем, ничуть не отступая от истины. Барсельт, уннугуры, сабиры и, кроме них, другие гуннские племена, увидев только часть людей уар и хунни, бежавших в их места, прониклись страхом и решили, что к ним переселились авары. Поэтому они почтили беглецов блестящими дарами, рассчитывая тем самым обеспечить себе безопасность. Когда уар и хунни увидали, сколь благоприятно складываются для них обстоятельства, они воспользовались ошибкой тех, которые послали к ним посольства и сами стали называть себя аварами". Как видите, о путанице с именами как причине испуга аборигенов речь не шла в принципе. Симокатта утверждал иное: восточноевропейские гунны, встретившись с авангардом переселенцев, признали в них самый прославленный среди всех степняков народ. Местные кочевые племена были чрезвычайно устрашены и решили откупиться от пришельцев. Последние не возражали против своего отождествления с аварами. Хотя, по мнению грека, таковыми не являлись. Вот как выглядела ситуация в описании византийского историка. Между прочим, трудно отнести савиров, барсельт и прочих кочевников региона к патологическим трусам. Летописи отмечают их агрессивность, склонность к грабежам соседей, пишут, что некоторые из них были способны собрать стотысячное войско. Спрашивается: отчего потомки свирепых гуннов так перепугались горстки беглецов, намного уступающей им в численности?

– Вероятно, уар и хунни действительно напоминали аваров-жужаней, которые некогда прогнали из Азии савиров, чем нагнали страху на всех европейских кочевников.

– Допустим. Однако, в таком случае, Уотсон, пришельцы должны были даже внешне походить на грозных недругов северокавказских гуннов: принадлежать к близкому расовому типу, одеваться в схожие одежды, обладать тем же оружием, сидеть на лошадях такой же породы и всё остальное в том же духе. В противном случае, опытный глаз степняка тут же бы выявил фальшь. Это для нас с вами, Уотсон, все кочевники на одно лицо. В реальности они радикально отличались друг от друга. Цвет кожи, разрез глаз, способ украшать себя и коня, причёска, даже манера сидеть в седле – всё выдавало представителя того или иного племени.

– Вы хотите сказать, что уар и хунну по всем признакам должны были походить на северокитайских жужаней как братья-близнецы, иначе их бы не признали аварами?

– Давайте посмотрим, что мы имеем в плане сходства этих двух племён. Разберём пришельцев в Европу буквально по косточкам. Да простят они мой "черный" юмор. Начнём с главного богатства всех кочевников – их боевых спутников. Насколько мне известно, учёные целенаправленно не изучали породу лошадей, бывшую в разведении у жужаней. Однако, учитывая прочные и давние связи последних с империей Тоба Вэй, можно смело предполагать, что жужанские кони были родственны северокитайским: крупные, выносливые, способные нести всадника в доспехах. Подобными качествами выделялись и верные помощники аваров. До прихода беглецов в Карпатскую котловину здесь в основном встречались низкорослые лошадки местной гуцульской породы. Гуннские племена предыдущей эпохи тоже, видимо, разводили животных восточноевропейских кровей, неприхотливых в содержании, но малорослых и не слишком сильных. Венгры в IX веке привели с собой уже более изящных и тонконогих скакунов, отличавшихся от аварских. Специалисты полагают венгерских коней роднёй знаменитым ахалтекинцам, чья родина находилась в степях Средней Азии. Получается, что аварские лошади были крупными и выносливыми, при этом принадлежали к особой породе, не встречавшейся ранее на восточноевропейских или среднеазиатских просторах.

Всадник на лошади, эпоха Северная Вэй Китайская лошадь эпохи Тан (7-9 век)

Слева: всадник на лошади, эпоха Северная Вэй. Справа: китайская лошадь эпохи Тан (7-9 век)

– Само по себе это ещё не доказывает их северокитайское происхождение.

– Вы правы, Уотсон. Однако, надо иметь в виду, что очагов разведения новых пород в древности было не так уж много и все они по понятным причинам связаны со степными ландшафтами. Меж тем, к IV-V векам глобальная засуха серьёзно опустошила те края. Центров коневодства стало на порядок меньше. Потому вероятность того, что аварские лошади родственны табгачским, оцениваю как достаточно высокую. Откуда-то должны были явиться эти крепкие и сильные животные, которых до тех пор не наблюдали ни в Европе, ни в Средней Азии. Перейдём теперь к аварскому оружию, демонстрирующему нам высокое качество металла. Из чего следует вывод – в распоряжении пришельцев имелись опытные плавильщики и кузнецы. Известно, что после разгрома франками аварского царства уровень черной металлургии на Востоке нашего континента заметно снизился. Секрет "дамаска" тут был утрачен, а здешние клинки стали шире или короче.

– Это, конечно, свидетельствует, что авары привели с собой из Азии умелых мастеров. Но вот вопрос – где они их взяли?

– Качественную сталь в середине VI столетия плавили как в Индии, так и в Китае, изделия из неё встречаются также в Корее и в Японии. Когда в 568 году византийское посольство во главе с Земархом вступило в пределы Тюркского каганата, то, по словам хроники, "некоторые тюрки, которые для этого были поставлены, предложили купить у них железо. Думаю, что они делали это, чтобы доказать, что у них есть железные рудники, ведь считается, что им тяжело изготавливать изделия из железа. Таким образом, можно понять, что они хвастались тем, что на их землях есть железо". Похвастать было чем, здешняя сталь превосходила по качеству ту, что производили тогда в Европе. С одной стороны, данное обстоятельство намекает на восточные корни аварских всадников, с другой – слишком обширна зона азиатской высокой металлургии, чтобы сама по себе она помогла нам уточнить местоположение их прародины. Защита, сплетённая из отдельных стальных чешуек (ламелл), широко используемая аварами для укрытия всадников и их коней, тоже скорее указывает общее направление поисков, чем определяет конкретную страну её изготовления. Украинский историк Александр Симоненко отмечает по данному поводу: "Ламеллярный доспех, не распространённый в Европе, был очень популярен в Средней и Центральной Азии, а в Китае, Японии и Корее использовался вплоть до XIX века". Ничего удивительного: европейские воины издревле предпочитали кольчугу, азиатские – ламелляр.

– Не похоже, чтобы это умозаключение сузило круг наших поисков. Но, может быть, нас выручат боевые пояса аваров? Недаром они весьма отличались от тех, что носили степняки предыдущего периода.

– Сразу скажу, что обнаружить исходный ареал украшений геральдического стиля учёные так и не сумели. Хотя отдельные его элементы встречаются порой в широкой полосе степных пространств от Корейского полуострова до Центрального Казахстана. Южнее, в зоне древних земледельческих цивилизаций Средней Азии, как показывают фрески Афросиаба, городища VI-VII веков близ Самарканда, предпочитали пояса иного облика. Китайские и корейские ремни тоже оказались несхожи по конструкции с аварскими. Одно время нашим героям приписали вещи из могильника Кудыргэ на Алтае. Венгерский археолог Дьюла Ласло, придя в восторг от тамошних древностей, заявил: "Если бы кудыргинские курганы были раскопаны в Венгрии, их материалы без всяких сомнений можно было бы включить в аварские серии". Заговорили о том, что прародину беглецов надлежит искать в Алтае-Саянском регионе. Позже, однако, выяснилось, что выполненные в геральдическом стиле кудыргинские находки являлись отнюдь не деталями боевых поясов, как полагали ранее, а частью конской сбруи, да и попали они в здешние края уже в тот период, когда соплеменники Баяна давно обосновались в Карпатской котловине. В лучшем случае алтайские племена можно считать некой частью аварской орды, оставшейся в Центральной Азии, да и то с большими оговорками, как это делает первооткрывательница памятника археолог Антонина Гаврилова: "Не исключена возможность связи между появлением кудыргинцев на Алтае и разгромом каганата жужан тюрками (551-555), объясняющей сходство этих могил с могилами аварского времени на Дунае, но принадлежность аварам и тех и других на данном этапе исследования не может быть доказана до исследования территории жужанского каганата, находившейся в Монголии". До настоящего времени, однако, те места в археологическом плане по-прежнему представляют собой большое "белое пятно". Находки из этой зоны весьма фрагментарны и не дают полного представления о том, что там тогда творилось. Возможно, по этой причине до сих пор неясно, где же находилась область формирования геральдики. Увы, Уотсон, боевые пояса не помогли в наших поисках.

– В таком случае, Холмс, давайте вспомним про стремена. Насколько мне известно, авары были первыми, кто принёс это изобретение в Европу.

– Всё верно, коллега. Однако, к середине VI века металлические кольца, помогавшие всаднику попасть в седло и в нём удержаться, завоевали популярность уже во многих странах Азии. Ими пользовались в Китае, в Корее и даже в Японии. Длительные поиски прародины данного приспособления привели учёных мужей в Маньчжурию. Вот что сообщает российский востоковед Сергей Комиссаров: "в качестве наиболее вероятных изобретателей стремян выделяют сяньбийские племена, населявшие территорию Ляоси (часть Южной Маньчжурии к западу от реки Ляохэ)". Полагаю, сей факт не стал для учёных неожиданностью. Стремена понадобились тогда, когда кони стали крупнее. Лошадям приходилось носить не только наездника, но и собственный доспех. Да и сами кавалеристы оказались закованы в броню. При таких обстоятельствах первые рыцари не смогли бы самостоятельно вскочить в седло без этого приспособления. Как мы знаем, "железные всадники" появились поначалу у сяньбийцев. Значит, и стремена придумали там же.

– Сдаётся мне, что родину европейских аваров тоже имеет смысл разыскивать где-то неподалёку от мест сложения первых рыцарей.

– Российские исследователи Бобров и Худяков утверждают, что последние возникли на стыке Китая, Кореи и кочевого мира: "Центром формирующегося панцирного комплекса стал северо-восток страны, где происходил перманентный синтез китайских, когуресских и сяньбийских военных традиций. Его кажущееся совершенство является на наш взгляд, не итогом развития "многовековой традиции", а результатом эксперимента, в ходе которого дальневосточные мастера IV века попытались создать "абсолютный" доспех, который бы прикрыл боевого коня не только от камня и стрелы, но и от удара длиннодревковым комбинированным оружием. Этим можно объяснить и стремление оружейников максимально точно подогнать защитные элементы конского доспеха под анатомию лошади и стремительность его распространения по Евразии. Если для периода с I по III век нашей эры мы не располагаем ни одним достоверным изображением полного конского доспеха с этих территорий, то с середины и до конца IV века нами зафиксированы десятки изображений когуресских, китайских и сяньбийских панцирных попон, внешний вид которых позволяет утверждать, что все они произошли от одного панцирного комплекса и являются региональными вариантами единой оружейной традиции. Эксперимент дальневосточных мастеров первой половины IV века оказался удачным и панцирный комплекс быстро распространился по Евразии. Вслед за северо-китайскими (сяньбийскими) государствами и Когуре панцирный комплекс проник в Японию, Южную Корею и Южный Китай. Не позднее V века он был принесен жужанями в Центральную Азию и Южную Сибирь, а благодаря аварам и тюркам ретранслирован в VI веке в Византию и Иран".

– Как я понял, эти специалисты полагают аваров, а равно и жужан, прямыми наследниками сяньбийской традиции "железных всадников".

– На то однозначно указывает их снаряжение, в частности – конская броня. Хотел бы обратить ваше внимание, Уотсон, на ещё одну важную деталь аварского оружейного комплекса – шлемы. Далеко не все азиатские народы, предпочитавшие ламеллярный доспех, мастерили защиту для головы всадника по схожему принципу – составленной из отдельных длинных чешуек. Конструкция аварских шлемов в этом плане уникальна. Древнейшие их экземпляры обнаружены в сяньбийском могильнике Лаохэшень на правом берегу Сунгари в китайской провинции Цзиньлинь, а также в корейских гробницах IV-V веков. В дальнейшем подобные шлемы встречались лишь в Корее, несколько реже – в Японии, один – на Северном Кавказе, остальные – в зоне распространения европейских аваров. Более, насколько мне известно, нигде.

– Получается, что наши беглецы могли заполучить этот защитный доспех только на Дальнем Востоке?

– Или в районах, к нему прилегающих. Не менее показательно и клинковое оружие аваров. Узкие палаши с односторонней заточкой появились в северокитайской степи ещё в хуннское время. Однако, тогда они были здесь редкостью. Хунну предпочитали воевать дистанционно – при помощи лука и стрел. Сяньбийцы, напротив, любили сходиться с врагами в ближнем бою. Но чаще у них находят мечи с двусторонней заточкой и иным видом навершия. Зато китайские конные воины ещё с эпохи Хань были вооружены узкими палашами, рукояти которых оканчивались металлическими кольцами, в точности как у аваров. "Характерными чертами ханьских клинков были кольцевидные навершия" –сообщают нам Бобров и Худяков. Позже подобные мечи возьмут на вооружение грозные вэйские рыцари. Смекаете, доктор, откуда они проникли в Степь? Российский учёный Юлий Худяков и его китайский коллега Юй Су-Хуа напишут об этом: "Достижения сяньбийцев в усовершенствовании наступательного оружия ближнего боя, во многом были унаследованы сяньбийскими воинами в государствах Северного Китая и жужанями". Уже в Средней Азии предпочитали узкие мечи с иными навершиями. На фресках Афросиаба изображены знатные воины разных стран. Причём палаши, похожие на аварские, имеются лишь у представителей китайского и корейского посольств.

Северокитайский меч (палаш) 6 века Корейские послы на фресках Афросиаба

Слева: северокитайский меч (палаш) 6 века. Справа: корейские послы на фресках Афросиаба

– Холмс, вы упорно подводите нас к мысли о том, что аварский комплекс вооружений в середине VI столетия имелся лишь у одного степного народа – жужаней. Только последние в силу своего местоположения плотно контактировали с северокитайской и корейской цивилизациями.

– Совокупность всех видов оружия и доспехов, бывших в распоряжении аваров, прямо указывает нам, что они являлись осколком жужанской орды. Более того, я берусь определить, из какой именно части обширной степной империи вышли наши герои.

– Вы не перестаёте поражать моё воображение, Шерлок. Но как подобная точность в принципе возможна?

– Дело в том, Уотсон, что жужанское сообщество сложились из разных этнических элементов. Вошедшие в него племена предпочитали различные типы оружия. К примеру, археологи подметили, что хунну делали ставку на дистанционный бой. Отсюда – длинные луки и крупные трёхлопастные наконечники стрел. Первые позволяют снарядам лететь дальше, вторые за счёт вращения в полёте придают им устойчивость. Такое оружие эффективно поражало врагов на внушительном расстоянии. Сяньбийцы, и в целом народы восточной части монгольских степей, чаще применяли более короткие луки и стрелы с двухлопастными или с плоскими наконечниками. Специалисты полагают, что они годились лишь для перестрелки в ближнем бою. Говоря о типичных снарядах двух степных племён, Бобров и Худяков подчёркивают: "У хуннов таким стрелами были трёхлопастные, у сяньбийцев – плоские". Получается, что в западной половине монгольских степей, условно говоря, в хуннской зоне, чаще встречались наконечники первого типа, а восточнее, в сяньбийском ареале – второго.

– Поскольку у аваров в ходу были крупные трёхлопастные наконечники, вы склонны искать их прародину в западной части Жужанского каганата?

– По крайней мере – в хуннской среде, к которой тяготеет также обычай оставлять отверстия в лопастях. Именно из-за них аварские стрелы выглядели "глазастыми". Сибирский историк Юрий Плотников подмечает: "Знакомство с оружиеведческими публикациями и музейными коллекциями позволяет сделать вывод, что прорези в лопастях – североазиатское явление, относящееся к концу I тысячелетия до нашей эры – началу II тысячелетия нашей эры. Они появляются, видимо, в культуре хунну  и исчезают в послемонгольское время". Чаще всего такие "глазастые" стрелы находят на Алтае и в Восточном Туркестане, то есть в западных областях Жужанского каганата. Интересно, что туда же ведут следы и ещё одного принятого у аваров приспособления – специфического колчана с карманом.

– Не спешите, Холмс. Объясните мне, ради Бога, чем он отличается от обычных?

– Видите ли, Уотсон, традиционно степняки хранили свои стрелы в кожаных или берестяных футлярах наконечниками вверх. Это позволяло в бою быстро сориентироваться, какую именно стрелу – простую, бронебойную или может быть срезень – использовать в каждом конкретном случае. Но некоторые кочевые народы, и авары в их числе, приспособились держать стрелы в колчане остриём вниз. Такое новшество отмечено уже у табгачских витязей. Бобров и Худяков свидетельствуют: "Колчаны для стрел в Северном Китае IV-V веков кроились в виде кожаного футляра, в котором стрелы вкладывались оперением вверх". Должно быть, для различения снарядов его подкрашивали в разные цвета. Но тогда возникла проблема защиты оперения на случай осадков, дабы оно не отсырело. Появилась идея сделать специальный карман, прикрывавшийся сверху кожаным или берестяным клапаном. Причём стремительное распространение специфических колчанов с карманами в конце V века указанные историки относят на счёт "степного влияния". Смекаете, доктор, какой народ в это время господствовал в северокитайских степях?

– Жужане!

– Авары использовали точно такие же футляры с карманами. Более того, они стали края  карманов отделывать металлом, в парадных экземплярах даже золотом. Археолог Светлана Панкова, ссылаясь на мнение своих коллег, ищет истоки данного явления: "предполагают восточное – центральноазиатское – происхождение колчанов из аварских погребений Венгрии, указывая на ряд общих особенностей в их конструкции и оформлении с азиатскими, причём эти особенности касаются как раз карниза кармана. Тогда можно думать, что и традиция обрамления краёв карманов была привнесена из Центральной Азии. Изображения соответствующего времени до нас не дошли, но росписи в Хочо позволяют предполагать их былое существование". Хочо – это оазис в Турфанской котловине, на Западе бывших жужанских земель. Здешние росписи были оставлены в VIII-IX веках древними уйгурами, у которых привычка использовать колчаны с карманами, отделывая их металлическими вставками, сохранилась до того периода.

Аварские вещи из погребения в Венгрии. В центре отделанный золотом колчан с карманом

Аварские вещи из погребения в Венгрии. В центре отделанный золотом колчан с карманом

– Должен признаться, Холмс, что вы меня почти убедили. Каждый элемент, рассмотренный в отдельности, ещё оставляет место для сомнений: корейские шлемы, сяньбийские доспехи, китайские палаши, хуннские наконечники стрел и уйгурские колчаны. Но в совокупности все они указывают только на один регион, где весь комплект мог использоваться единовременно – территорию Жужанского каганата.

– А развё всё остальное, что мы знаем об аварах, не свидетельствует в пользу того, что перед нами выходцы из северокитайских степей? Своего предводителя эти люди называли каганом. Как мы выяснили, данный титул оформился в рамках степной империи Шэлуня на рубеже IV-V веков и до середины VI столетия не употреблялся где-либо за пределами державы жужаней.

– Позвольте вам возразить, Холмс. Вожди тюркского государства тоже называли себя каганами. Благодаря им это почетного прозвище стало широко известно по всей Азии.

– Только случилось это чуточку позже. В 558 году, к моменту появления аваров на Северном Кавказе, тюрки только-только расправились с жужанями и, в лучшем случае, успели привести к покорности все народы бывшей их империи. Не факт, что первые тюркские вожди назывались каганами. В китайских летописях ни Бумын, ни его непосредственные преемники "кэ-ханями" не именуются. Должно быть, по кочевым понятиям в Степи мог быть только один Император. Значит, пока тюрки окончательно не добили своих господ, их лидеры не имели права претендовать на громкий титул. Окончательный разгром жужаней растянулся до 556 года. Первым каганом у тюрков, по всей вероятности, стал второй сын Бумына по имени Мукан ("Мугань кэхань" у китайцев), чьё правление длилось до 572 года. Он воевал на Севере, в районе Алтайских гор; на Юге, в прилегающем к Тибету государстве Тогон; и, непосредственно, на территории Китая. На Запад, в Среднюю Азию, в 554 году отправился его дядя Истеми, который до конца своих дней носил почётное звание "ябгу" и на большее не претендовал. Война с эфталитами, в результате которой тюрки стали властителями всей Центральной Азии, и вовсе началась не ранее 562 года. Таким образом, к моменту появления аваров на Северном Кавказе тамошним степнякам вряд ли что-то было известно о титуле каган. То, что авары упорно за него держались, ничего не добавляло к их славе, но лишь свидетельствовало о верности традициям, которые могли сложиться только внутри Жужанской державы.

– Всё же, Холмс, по данному вопросу останусь при своём мнении. Что есть имя? Пустой звук. Любой может его произнести и назвать себя по собственному усмотрению самым громким титулом. Подумаешь, они своего вождя именовали каганом. Никакое это не доказательство! Почему бы, например, не предположить, что авары – это не настоящие жужане, а некое племя, обитавшее на периферии их великой державы. Бежал в тамошние края разбитый тюрками царственный народ, эти люди перебили изгнанников, овладели их оружием, после чего подались на Запад, где принялись выдавать себя за бывших владык монгольских степей. Как вам такая версия?

– Надо полагать, волосы себе обманщики тоже специально отрастили, причём в самое кратчайшее время?

– Какие волосы?

– Те, что их мужчины заплетали в косы. Известно, что авары поразили воображение греков своими необычными причёсками ещё в самое первое посольство 558 года. Теперь откроем китайскую летопись "Лян шу" и послушаем, что она поведает нам о жужанях: "Владение жуйжуйцев, по-видимому, создано отдельной ветвью сюнну. В период династий Вэй и Цзинь сюнну делились на несколько сотен кочевий, число их доходило даже до тысячи, каждое кочевье имело свое название. Одним из кочевий было жуйжуй. После того как династия Вэй переселилась на юг, жуйжуйцы захватили ее бывшие земли. У них нет городов, обнесенных внешними и внутренними стенами, они пасут  скот, переходя с места на место в поисках воды и травы. Жилищем служит куполообразный шалаш. Волосы заплетают в косы". Как вам кажется, Уотсон, сколько лет мужчина должен отращивать волосы, чтобы их потом можно было заплести? Достаточно ли для этого тех двух-трёх годков, что разделяют разгром жужаней и появление в Европе аваров?

– О причёсках я как-то и не подумал. Ваша правда, Холмс, так быстро волосы у мужчин не растут. Даже юным девам требуется пять-шесть лет, чтобы украсить себя длинной косой.

– Чтобы вам стало окончательно ясно, кто такие авары, я предлагаю заглянуть в их могилы и уточнить антропологический тип этих людей. В конце концов, чисто гипотетически можно предположить, что кто-то овладел чужим оружием, облачился в иные одежды и даже соорудил на своей голове непривычные конструкции из волос. Но вот расовые признаки подделать ещё никому никогда не удавалось. Пожалуй, первым учёным, серьёзно подступившим к аварской теме, стал Лайон Бартуш (Lajos Bartucz), видный венгерский антрополог. В 1934 году он опубликовал работу, где попытался составить портрет пришельцев. По мнению исследователя, авары являлись очень смешанным в расовом плане населением. Встречались как высокорослые, так и низкорослые индивидуумы. В некоторых могильниках преобладали монголоиды: тунгиды, сибириды и палеомонголоидные элементы. В других наблюдали метисов, причём преимущественно туранидов, характерных для Средней Азии. В памятниках третьей группы, как правило, попадались европеоиды, в основном, нордиды и средиземноморцы. Из чего Бартуш заключил, что ядро аварского племени пришло откуда-то с Северо-востока Евразии, то ли из Южной Сибири, то ли из Монголии. Но по дороге эти люди включили в свой состав  среднеазиатских метисов и захватили малую часть угорских племен, а уже в Европе соединились с более многочисленными кавказцами и германцами.

– Не народ, а какой-то снежный ком. Антропологи как будто задались целью доказать правоту тех историков-конструктивистов, которые вообще отказываются искать этнические корни беглецов.

– Давайте не будем торопиться с выводами, Уотсон, ведь это был самый первый этап масштабных исследований. Уже антрополог Пол Липтак (Pal Liptak), работавший в 50-80 годы прошлого века, пересмотрел ряд выводов своего предшественника. Для начала, он обратил внимание на некую несуразицу с датировками аварских кладбищ. Выходило, что могильников VIII века очень много, а некрополей VII и IX столетий, напротив, подозрительно мало. Явным парадоксом показалось учёному то обстоятельство, что в наиболее ранних захоронениях, приуроченных к VII веку, и содержавших вещи, имевшие очевидные параллели в древностях Центральной Азии, практически не встречалось монголоидов. Там доминировали исключительно европеоидные элементы. Выглядело это так, будто монголоиды появились среди аваров спустя полтора века после их поселения на Дунае.

– Но это же полный абсурд!

– Вот почему антрополог предположил, что коллеги-археологи что-то там напутали с датировками. Липтак высказал мнение, что средиземноморцы, обнаруженные в могилах аварского периода, были аборигенами здешних мест, населением оставшимся с римского периода. Брахикранные европеоиды, по его мысли, были отчасти местными жителями, отчасти пришельцами. Происхождение кроманоидных и нордических элементов он счёл неопределённым, но не исключил их миграцию. Относительно монголоидов исследователь упомянул их азиатское происхождение, но поначалу не стал вдаваться в подробности. В целом, проанализировав население Тиса-Дунайского междуречья аварского времени, Пол Липтак пришёл к выводу, что 80 процентов этих людей были европеоидами в чистом виде.

– Так много! Если не ошибаюсь, тамошние места безраздельно принадлежали аварским кочевникам. Постгепидов и постлангобардов они поселили в Паннонии и Трансильвании, а булгарские союзники обретались к Востоку от Тисы. Получается, что сами авары оказались преимущественно людьми европейской внешности?!

– Опять вы забегаете вперёд, доктор. Выслушайте всё до конца. Среди 80 процентов европеоидов долю узколицых и длинноголовых групп (нордиды и средиземноморцы) учёный оценил почти как половину – 38 процентов от общего числа аварских черепов, широколицых кроманоидов типов А и В – определил в 22,6 процента, а брахикранные (короткоголовые) группы (памирцы, динарцы, ближневосточные элементы и лица непонятного происхождения) – в 17,1 процента. Позже Пол Липтак попытался уточнить происхождение представителей тех или иных антропологических кластеров. Среди высокорослых узколицых длинноголовых людей (их частота доходила до 22 процентов) он выделил северных нордидов и высоких средиземноморцев, причём сразу двух видов – западных (атлантических) и восточных (индоиранских). Кроманоидов он полагал потомками верхнепалеолитического населения Европы. Среди аварских обладателей коротких голов вычленил памирский, динарский, альпийский и ближневосточный (арменодный) типы. Что касается монголоидов, то учёный разбил их на три разновидности: северокитайскую (чиниды), среднеазиатский монголоидный и палеосибирский компоненты. Позже он ещё раз усовершенствовал свою систему, выделив пять монголоидных типов: чиниды (северокитайский, он же дальневосточный), байкальский (палеосибирский), тунгиды (широколицый монголоидный), енисейский (американоидный) и центральноазиатский (северомонгольский). Несмотря на весьма путанную классификацию, очевидно было, что корни этих людей лежали в самых разных областях Сибири и Дальнего Востока. Липтак попытался осмыслить полученные сведения. Он предположил, что аварское ядро первоначально на 30-50 процентов состояло из монголоидов. Эти люди, по мнению венгерского антрополога, являлись прародителями вархонитов, изначально обитавшими где-то в районе озера Байкал. Но чуть позже они мигрировали в Среднюю Азию, где и прожили некоторое время, смешавшись с тамошними аборигенами. Уже затем предки аваров были вытеснены тюрками на Дунай. Причём по дороге прихватили с собой также эфталитов, к которым учёный относил высокорослых средиземноморцев индоиранского типа. Соответственно, в Карпатской котловине пришельцы перемешались со здешними обитателями – потомками римского и германского населения.

Карта из работы венгерского археолога Аттилы Киша, показывающая область первоначального жительства монголоидных вархонитов (по Полю Липтаку) Реконструкция внешности аварского мужчины по одному из монголоидных черепов, автор - Агнес Кустар

Слева: карта из работы венгерского археолога Аттилы Киша, показывающая область первоначального жительства монголоидных вархонитов (по Полю Липтаку). Справа: реконструкция внешности аварского мужчины по одному из монголоидных черепов, автор - Агнес Кустар

–  Честно говоря, не ожидал, что монголоидов среди аваров окажется так мало – всего пятая часть. Ведь явились эти пришельцы из северокитайских степей, где издревле обитали племена плиточных могил с их ярко выраженной внешностью дальневосточных аборигенов. Полагаю, монголоиды представляли собой довольно узкий господствующий слой племени уар и хунни.

– Простите, Уотсон, но с чего вы взяли, что темная кожа и узкие глаза являлись пропуском в элиту аварского общества?

– Как же иначе? Движение этого племени на Запад началось с Востока, чуть ли не с берегов Байкала. В тамошних краях монголоиды по определению были в большинстве. В качестве ядра племени они наверняка прибрали власть к своим рукам.

– Версия о том, что авары становились всё более европеоидными по мере их продвижения в Карпатскую котловину, за счёт включения в состав чужаков, попадавшихся им по пути, является всего лишь смелой научной гипотезой. У неё нет ровно никаких доказательств. Более того, мы знаем, что степные союзники, которых беглецы встретили на Кавказе и в Северном Причерноморье, а в дальнейшем увлекли с собой на Дунай, поселились отдельно и стали предками булгарских народов. Почему мы должны считать, что в Средней Азии беглецы вели себя по-другому, без разбора принимая в свои ряды всех желающих?

– Погодите, Холмс, а разве учёные не изучили черепа из каганских могил, тех самых, где золото выгребали килограммами? Они наверняка должны принадлежать монголоидам.

– Разве вы забыли, коллега, что авары предавали своих вождей земле в обычных могилах, а ценные вещи прятали в отдельно расположенных тайниках? Останки, обнаруженные рядом с такими схронами, могли не иметь прямого отношения к сокровищам. Что касается захоронений, где были найдены достоверно монголоидные черепа, то они не отличаются от прочих особым богатством. Археологи, таким образом, не могут подтвердить факт того, что монголоиды занимали в аварском сообществе привилегированное положение. Правда, не могут его и опровергнуть.

– Вот видите!

– Хорошо, Уотсон, в таком случае скажите, какие именно монголоиды, по вашему мнению, властвовали над остальными аварами? Ведь антропологи обнаружили среди пришельцев представителей сразу пяти разных групп данного расового ствола. Это нам с вами все они могут казаться на одно лицо. На самом деле эти люди по внешнему облику сильно отличались друг от друга и происходили из самых разных регионов Евразии. Вы всерьёз верите, что они с незапамятных времён заключили между собой нерушимый союз для совместного господства над европеоидами?

– Мне казалось, раз предки аваров пришли из северокитайских степей, то и выглядеть они должны как традиционные обитатели тех мест: монголы, буряты или маньчжуры. Но всё же, я надеюсь, вы не станете отрицать, что монголоидные элементы представляли собой значительную часть сообщества уар и хунни, по крайней мере, до того момента, как они подались в Европу.

<<Назад   Вперед>>